Тема: Андрей Макаревич (певец, музыкант, композитор и общественный деятель)

Андрей Макаревич (певец, музыкант, композитор и общественный деятель)

Андрей Макаревич родился 11 декабря 1953 года в Москве в семье Вадима Григорьевича Макаревича (1924—1996) и Нины Марковны Макаревич (в девичестве Шмуйлович, 1926—1989). Отец был участником Великой Отечественной войны, в декабре 1943 года на Карельском фронте потерял ногу и после излечения в сентябре 1945 года уволился из рядов Советской Армии. Мать имела специальность врача-фтизиатра, работала научным сотрудником Центрального научно-исследовательского института туберкулёза. В 1969 году вместе с одноклассниками-битломанами Александром Ивановым, Павлом Рубиным, Игорем Мазаевым и Юрием Борзовым (вскоре к ним примкнул друг детства Борзова Сергей Кавагоэ, учившийся на этой же параллели в другой московской школе) была организована группа «Машина времени», существующая по сей день. С этой группой связана практически вся дальнейшая жизнь и творческая деятельность Андрея Макаревича. По сей день он является руководителем группы, её «лицом», основным автором текстов, а также композитором и исполнителем значительной части песен.

С 1982 по 1996 время от времени выступал с сольными концертами в типичной «бардовской» манере — без сопровождения других музыкантов, с одной акустической гитарой, — на которых исполнял собственные песни, не предназначенные для «Машины времени» (большинство из них издано в составе альбомов, см. раздел «Сольная дискография»). Впоследствии охладел к такому формату выступлений, однако в 2010-е вернулся к нему («К нам в Холуёво приезжает Путин», «Сказка о законодателях» и др.). Песни «Вагонные споры» (1984), «Он был старше её» (1996) и многие другие Андрей исполнял на концертах. Весной 1985 года Андрей выступил с концертом в Ленинграде, где же исполнил все свои хиты — от «Морского закона» до «Вагонных споров». В этом же году сочетал в своём творчестве рок «Машины времени» с акустической бардовской песней. Уже в 1990-х годах участвовал в записи альбомов группы «Квартал», продюсировал альбом Юза Алешковского «Окурочек». Выпустил несколько сборников своих стихотворений и две биографические книги воспоминаний. 9 мая 1996 года выступил с программой «Песни, которые я люблю» в Театре Эстрады который был показан на РТР в прайм-тайм 20:00. В августе 2001 года организовал проект «Оркестр креольского танго», играет джаз, блюз, босса-нову, румбу, свинг и шансон. «Оркестр креольского танго» собрал музыкантов из самых разных коллективов — из «Машины времени», «Квартала», «Папоротника», «Игорь Бойко Бэнда» и некоторых других. Со своим проектом «Джазовые Трансформации», вместе с «трио Евгения Борца» и Ирины Родилес, Андрей Макаревич выступает в джаз-клубе «Союз Композиторов». Выступает на блюзовых джем-сейшнах со своим старым приятелем Алексеем White Беловым из группы «Удачное приобретение». Президент фестиваля Сотворение мира.

Следующие 3 пользователя говорят Спасибо Главный Редактор за это сообщение:

• Просмотр профиля
• Сообщения форума
• Записи в дневнике

После моего письма президенту начались антикоррупционные дела

Андрей Макаревич — о своих посланиях руководству страны, облике столицы, «Бригаде 2», переменах в «Машине Времени» и новом альбоме «креольцев».

Андрей Макаревич отпразднует свой 59-й день рождения выступлением с «Оркестром Креольского танго» и презентацией нового альбома «Вино и слезы», а днем позже, 12 декабря, продолжит торжество с «Машиной Времени». В преддверии концертного дуплета именинник встретился с обозревателем «Известий» Михаилом Марголисом — Отмечать «почти юбилей» тебе придется в гримерке, так сказать, не покидая рабочего места? — Я решил, что нужно встретить день рождения в трудах. Надоело просто так наливать друзьям. Тем более, что с каждым годом получаю все большее удовольствие от концертов. И даже понимаю, почему. Мы слишком много лет провели в нервозном состоянии. Сначала тревожились, что «менты повяжут» и сломается аппарат, поскольку вся техника была скверного качества и скреплялась, чем попало. Да еще нужно было, чтобы ее вообще довезли до концертного зала. Потом, когда в 1979 году «Машина» попала в Росконцерт, «вязать» нас перестали, но аппарат все равно ломался регулярно, и даже если он не ломался, то звучал ужасно. И вот настало время, когда я совершенно спокоен за то, как все будет звучать. Отсылаешь своевременно устроителям концерта свой технический райдер, и если у тебя есть постоянный хороший звукорежиссер, то все должно пройти хорошо. А на сей раз к 11 декабря еще и новая пластинка с «креольцами» подоспеет. Я очень ей доволен. Получился диск с живым, теплым бэндовым звуком, о котором я мечтал. — Для «креольских» музыкантов существует обращение «Макар»? — Настойчиво пытаюсь отучить их обращаться ко мне на «вы». Пока еще не совсем получается, но я этого добьюсь. — Интересно, сколько среди твоей публики, особенно приходящей на «креольцев», поклонников сериала «Бригада»? — Думаю, «Бригаду» смотрели все, поскольку это был мощнейший выстрел, блестящий фильм. — Он вызвал достаточно острую полемику. Многих покоробила такая романтизация бандитизма. — И это тоже свидетельство того, что работа была неординарная. Я этот фильм очень люблю. Он очевидная удача и Леши Сидорова (режиссер «Бригады». — «Известия»), и Сергея Безрукова, которого в первую очередь вспоминать будут в связи с этим кино, как бы он не открещивался теперь от «бандитских» ролей. — То есть Белый у него получился лучше, чем Иешуа? — Боюсь, что да. Убедительнее, скажем так. — Ну, а фильм «Бригада 2», полагаю, ты полюбишь еще больше? — Нет. Я могу абстрагироваться от родственных связей. Хотя за сына (Иван Макаревич сыграл одну из главных ролей в «Бригаде 2». — «Известия») я всегда переживаю. В данном случае мне за его работу не стыдно. Я был на премьере. Он сыграл достойно. Хотя к фильму в целом у меня есть вопросы. Потому что кино — это режиссерское искусство, и если у режиссера есть проколы, то, как бы ни старались актеры, каскадеры, операторы и прочие, эти проколы будут видны. «Бригаду 2» не Леша Сидоров снимал. Хотя не скажу, что это какой-то чудовищный провал. Я читал «форум»: кому-то нравится, кто-то плюется, не увидев продолжения «Бригады». Но я разговаривал с Сашей Иншаковым (продюсер «Бригады 2». — «Известия»), и он мне сказал, что сознательно вывел в сценарии сына Белого не молодым бандюком, а напротив, человеком абсолютно от криминала далеким и лишь волей обстоятельств вынужденным взяться за оружие. Ваньке пришлось играть именно такой образ. — Спустя несколько месяцев после ухода из «Машины Времени» Евгения Маргулиса ты можешь четко объяснить, почему это произошло? — Вопрос к нему. Я от него внятного ответа так и не получил. Могу лишь сказать, что вновь убедился: все происходит к лучшему. К нам в команду пришел изумительный гитарист (Игорь Хомич. — «Известия»), который поднял планку нашего звучания. При этом у него восхитительный характер. И атмосфера внутри команды стала очень позитивной. Во многом «Машина Времени» существовала за счет какого-то внутреннего напряжения. Кутиков любит одну музыку, Маргулис — другую, я — третью. При человеческой любви друг к другу между нами постоянно возникали некие стилистические трения. А сейчас мы записывали новые песни, и я почувствовал, что нам стало легче общаться в группе. Хотя, конечно, уходом Жени я был расстроен. Но надеюсь у него все хорошо, я вижу, что он постоянно где-то гастролирует. — И однажды, возможно, вернется в «Машину», как уже прежде случалось? — Нет. Этого уже точно не будет. Жизнь слишком коротка и печальна, чтобы несколько раз повторять такие камбэки. Достаточно. Мы сделали вместе много хорошего. Но все проходит и начинается другая жизнь. Это же гораздо интереснее. — Периодически ты обращаешься к бардовскому творчеству, причем сатирического толка, и именно такие твои песни — «Холуево», «Про Ваню» — вызывают наибольший резонанс в обществе. Ты их для того и пишешь? — Иногда у меня появляется потребность в подобных вещах. Благодаря интернету, такие мои высказывания людям удается услышать. Меня потрясло, какая шумиха поднялась вокруг песни «Холуево». Я неоднократно исполнял ее на концертах, кто-то хохотал, кто-то робко вжимался в кресло. Но все шло в штатном порядке. Вдруг я спел ее в каком-то радиоэфире, который еще и в Сети транслировался, и мне журналисты телефон оборвали. Я удивлялся: ребята, где вы раньше были? Этой песне уже почти год. И что в ней такого потрясающего? Как же, говорят, вы в ней про Путина спели. Я объяснял: это не про Путина, а про нас. У нас до Путина был Петр I, Екатерина, Николай, Сталин, Брежнев. Они все приезжают и уезжают, а Холуево остается. Это мы его делаем Холуевым… — Твое открытое письмо президенту вызвало у СМИ не меньший интерес. — Не хочу щеки надувать. Надеюсь это просто совпадение, но, заметь, какие антикоррупционные дела начались непосредственно после моего письма. — Тогда тебе пора еще о чем-нибудь главе РФ написать. У нас проблем много. — А я написал второе письмо. Только уже не Путину, а всем. Но оно вызвало волну возмущения. Мол, чего это он? Мы — хорошие, это власть плохая. Старая песня. — В 2013-м тебе 60. Уже прикидываешь, как проведешь юбилейный год? — Я что, идиот, чтобы заранее об этом размышлять? Или я — предприятие ВАЗ? «В год своего 60-летия завод намерен…». Я буду проводить его так же, как и другие свои годы: заниматься музыкой, путешествовать. С тем, как отмечу 59-летие, я за месяц до события решил вопрос. Ну, так же поступлю и через год. — Возможно предположить, что вы с Борисом Гребенщиковым какой-то совместной программой отметите свои юбилеи, которые случатся с интервалом в пару недель? — Почему бы и нет, кстати? Все возможно. Главное — ощутить, что такой альянс добавит какое-то новое качество нашему выступлению. Просто ради «фишки» его затевать не стоит. Это попсовые дела. — Как архитектор по образованию и сын архитектора, что скажешь об изменениях в облике родной Москвы за два новорусских десятилетия? — В отличие от Питера, который возводился дивными архитекторами по единому плану, Москва всегда была «базарной». Она строилась кусочками. Вокруг Кремля, как в средневековом городе, все нарастало словно «годовые кольца». Поэтому я не сильно переживаю по поводу крушения старой Москвы. Ибо и она была мила какими-то уголочками, скажем, в районе Пятницкой улицы, Ордынки, Арбата, а так, чтобы у нее был единый образ — этого не чувствовалось. Ну, и нынешняя Москва, как и прежняя, своего лица не имеет и не будет иметь. Другое дело, что появились очередные определения «памятников эпохи». Сталин, например, любил высокие постройки со шпилями, а теперь, если видят «дом с башенкой», говорят: «Это при Лужкове». Я, например, не согласен с утверждением, что Москва-Сити выглядит безобразно. Мне кажется, там весьма симпатичные здания, скомпонованные в ансамбль. И если бы лучше продумали инфраструктуру этого места: подъезды, выезды, стоянки и т.п, получился бы вполне достойный деловой центр. — Даже Гарик Сукачев, окончивший всего лишь железнодорожный техникум, приложил руку к московскому градостроительству. Не без его участия создали станцию «Тушино». А вот ты, кажется, ничем в столице не отметился? — А зачем? Только для того, чтобы потом об этом сказать? Это очень большая ответственность. Столицей должны заниматься лучшие архитекторы, которых у нас немного. Вот в Великом Новгороде стоит драмтеатр, к фасаду которого я имею некоторое отношение, и хватит.