Песня "Катюша" в различных испополнениях.

Оказывается, у нашей песни "Катюша" была целая куча адаптаций. Вот некоторые из них.Русская оригинальная версия.

"Фронтовая версия", популярная в 41-45 годах.

Французский вариант переведенной песни.

Ну и исполнение нашей песни на русском языке японками для аниме, озвучка оригинальная.

Никогда не слышал фронтовую версию. Хороша!

P.S.: Самой сильной песней для меня остается "Священная Война", до мурашек.

Японки из аниме girl und panzer

Есть версия и на японском, насколько помню довольно старая.

что в этой песне такого что хочется уйти на фронт и погибнуть в бою как должен умереть настоящий мужчина . каждый раз так

Французы нормально так перевели

Abney Park – Katyusha

Из аниме прям ВБР тактика, ст за ними тяжи "кв 2 респект"

Только что узнал, что ударение в слове "немчура" ставится на последний слог.

НемчурА. А я 27 лет думал, что немчУра.

Никогда не знаешь, где приобретёшь новые знания, забавно.

Про Катюшу

У меня была баба Катя, моя родная бабушка, деревенская, которая любила всех нас, олухов - внуков, пряла пряжу и вязала нам всем носки, обитала жуков на общей для пяти семей картошке, ходила с нами за грибами, ягодами, пекла нам блины каждый день. Ещё она, неграмотная, из деревни, вырастила 5 детей (моя мама и тёти и дядя), у всех высшее или техникум, а это 60-е. Ругалась на нас мандюками, если уж совсем косячили, не наказывала никогда. Короч, когда мы вечером в деревне выходили на крыльцо ( а это была такая вечерняя деревенская туса- сидеть на крыльце), трехлетняя я (или четырёх, пяти) пела песню про Катюшу и смотрела на бабушку и была уверена, что эта песня моей бабушки, те это точно про неё поется, конкретно про нее. Её уже 20 лет, как нет,. И вот мне уже за сорок, а песня то так и осталась про мою бабушку.

Песня узников концлагеря, поссорившая между собой ССцев и облетевшая Европу

В 1933 году в одном из первых концентрационных лагерей, в лагере Бёргермоор, расположенного на территории Нижней Саксонии неподалеку от города Папенбург, несмотря на национальность оказалось около 1000 ненадежных граждан Германии.

Так как партия НСДАП еще скрывала свои настоящие планы и преподносила свой новый режим как гуманистический и образцовый, то никаких тех самых зверствований в лагере не было. Узников "воспитывали" и заставляли рыть траншеи до упада, чтобы как можно быстрее осушить болото и "окультурить местности". Охрана лагеря, состоявшая из отрядов СА и позже СС, заставляла узников петь, возвращаясь с работы, чтобы они продемонстрировали, так сказать, "бодрость духа".

Шахтёру Иохану Эссеру, видимо, надоело петь одно и тоже. Он сочинил текст и обратился с ним к театральному режиссеру Вольфгангу Лангхоффу для доработки. Музыку написал Руди Гогель - непрофессиональный музыкант, коммерческий служащий, сын директора музыкального театра в Страсбурге. Песню назвали "Болотные солдаты"

Считается, что песня была впервые исполнена в лагере 27 августа 1933 года. Шестнадцать певцов промаршировали плечом к плечу. Руди Гогель вел этот марш, в синем костюме, дирижируя куском ручки лопаты. На второй строфе, почти каждый из тысячи заключенных, начал подпевать. От строфы к строфе хор усиливался и, наконец, команда СС также запела вместе с "воспитанниками" - по-видимому потому, что они чувствовали себя тоже "болотными солдатами". После слов "Тогда болотные солдаты больше никогда не пойдут в болото с лопатами", шестнадцать певцов воткнули свои лопаты в песок, развернулись и ушли, оставив позади лопаты. Эти торчащие лопаты производили впечатление кладбищенских крестов".

Представление вызвало разговор среди комендантов, который перерос в драку. Может ли песня исполняться в качестве лагерной или она должна быть запрещена как выражение самосознания заключенных? На следующее утро четверо из участников дебатов появились с повязками на голове и руках. Через два дня песня была запрещена комендантом. Но некоторые люди из СС снова и снова приходили и говорили: "Нет ли у вас песни?" Таким образом, песня способствовала разложению среди эсэсовцев и сделала некоторых из них способными на контакт с заключенными. Несколько недель спустя песня передавалась Московским радио.

Так как режим был еще относительно мирным, многих заключенных, после подписания бумаги о неразглашении событий в лагере, к концу года отпустили.

Руди Гогель, автор музыки, был освобожден в 1934 году и активно включился в антинацистскую подпольную работу. Вскоре он был арестован во второй раз, подвергнут пыткам, провел в различных тюрьмах и концлагерях всю войну. После войны жил в ГДР, писал мемуары, занимался общественной деятельностью среди бывших узников концлагерей. Умер в возрасте 68 лет от инсульта.

Лангхофф, соавтор Эссера, был освобожден в 1934 году и эмигрировал в Швейцарию, где и оставался до окончания войны. После войны работал в театре Дюссельдорфа, но в 47-м возглавил театр в Восточном Берлине и осел в ГДР. Осуществил ряд значительных театральных постановок.Умер на 65-м году жизни в Восточном Берлине в 1966-м.

Ряд бывших заключенных, выпущенных из концлагеря Бергермор, эмигрировали в Англию и завезли песню туда.

Около 1935 года Ханс Эйслер - немецкий композитор и общественный деятель, эмигрировавший из Германии в 1933 году, создал новую аранжировку этой песни для другого немецкого политэмигранта - певца и актера Эрнста Буша, который сотрудничал в те годы с театром Бертольда Брехта.

В 1937 году Эйслер и Буш отправились в Испанию, где воевали в составе Интернациональных бригад. Таким образом песня стала гимном немецких добровольцев-интернационалистов в Испании, а затем была переведена на другие языки.

Там же, в Испании, появилась английская версия этой песни. Ее исполнял известный американский певец левых взглядов Поль Робсон.

Также появился и французский вариант песни. В стране Родена и Дюма она известна как "Песня болот" (Le Chant des Marais) или "Песня депортированных" (Le Chant des déportés). Ее пели французские партизаны и участники Сопротивления в годы Второй мировой войны, а также французские заключенные в Освенциме и других концлагерях. Впоследствии эта песня стала также одной из маршевых песен французского Иностранного легиона.

В стороне не остался и СССР. Немецкая песня была известна еще до войны, но просто "кавером" решили не ограничиваться. В 1938 году в СССР вышел фильм "Болотные солдаты" о немецких антифашистах - узниках концлагерей, созданный "по мотивам" этой истории. Фильм можно глянуть на Ютубе бесплатно.

Сталинский орган

БМ-13 — советская боевая машина реактивной артиллерии, вариант на шасси автомобиля ЗИС-151. Вариант от "Звезды" в масштабе 1:35.

Во второй мировой, данная модернизация, вроде как не участвовала, так как была принята на вооружение в 1948 году. Хотя за модернизацию взята всего лишь база, драндулет ЗИС-151, а всё остальное успело наделать шороху в боевых сражениях. О применении на полях сражений не слышал только ленивый.

Сама модель из коробки очень неплоха, рельсовый механизм поднимается, поворачивается. Колёсики крутятся, передние даже поворачиваются. Пожалел что не взял травление от "микродизайна", Радиаторная решётка явно отличается от настоящей, да и ручки,защита фар и прочая мелочь, явно нуждаются в замене.

Так же весьма странное представление у звезды, о том как надо управляться с рулём. Кабину я одевал уже с масочками, и только когда их снял заметил высоту руля, относительно сидения водителя. Создаётся впечатление, что рулить приходилось подбородком.

На этом, позвольте откланяться.

ЗЫ. Может кто подскажет как избежать Хроматической аберрации на элементах остекления при фотографировании? Уже не раз сталкиваюсь с тем как при определённых углах съёмки и освещения, на многих моделях где пластик попрощё, возникают радужные разводы. Снимаю на Canon 400D c телевиком от Sigma и поляризатором на носу.

Катюша

Молитва и фокстрот.

Победной весной 1945 года из каждого репродуктора нашей страны можно было услышать баритон Леонида Утесова, с неповторимыми нотками одессита, поющего знаменитое:

«Мы летим, ковыляя во мгле,

Мы ползём на последнем крыле,

Бак пробит, хвост горит, но машина летит

На честном слове и на одном крыле. "

Этой веселой песенкой о буднях бравых летчиков заслушивались все, от мала до велика и строчка"на честном слове и на одном крыле" стала нарицательной, обернувшись поговоркой, живущей и поныне. А ведь мало кто у нас знает, что на "последнем крыле" возвращающегося домой самолета звезда была вовсе не красного, а белого цвета.

Ведь песня эта была написана еще в 1943 году американским композитором Джимми Макхью на слова Гарольда Адамсона и быстро стала лидером хит-парадов США. Супруги Самуил Болотин и Татьяна Сикорская довольно точно перевели оригинальный текст американского шлягера, единственным отличием стала вышеупомянутая знаменитая строчка. В оригинале она звучит так: "Comin' in on a wing and a prayer." (возвращаемся на одном крыле и на молитве) и стала крылатой в США еще раньше нашей.

Самое интересное, что на создание песни Адамсона вдохновила история реального экипажа "Летающей крепости" Боинг B17.

В тяжелых многочасовых рейдах через Ла-Манш на территорию Франции и Германии терялась пятая часть боевых машин. А без повреждений не было практически ни одной. Известно, что американский пилот, сделавший 25 удачных вылетов за линию фронта, отправлялся домой. Кажется совсем мало. Но, по статистике, в среднем летчик делал 15 успешных вылетов и либо был ранен, либо погибал. Несмотря на внушительное вооружение из 12 пулеметов и экипаж из 10 человек, самолеты были уязвимы. Необходимость держать заданный курс для точного бомбометания не давала возможности сделать маневр для ухода от атаки истребителей. И эти несколько секунд, когда огненные дорожки трассёров от приближающегося с огромной скоростью истребителя, тянутся к фюзеляжу твоего самолета - были самыми страшными в жизни каждого, кто был на борту бомбардировщика. А ведь часто, очень часто огонь мессершмиттов достигал своей цели.

Немногие живые ныне ветераны вспоминают, как страшно смотреть на заваливающийся на бок соседний горящий самолет, с замиранием сердца считать белые купола парашютов: раз, два, три.. И вот уже самолет начинает разваливаться в воздухе, ломаются крылья, отделяются дымящиеся моторы с еще вращающимися лопастями винтов, и ты понимаешь - все, больше никто не спасется. Что чувствуешь глядя на это? Ветераны честно признаются - думаешь, что хорошо, что это не ты летишь сейчас к земле в разбитом самолете. Вспоминают, и слезы выступают на их лицах, будто снова они испуганные мальчишки, вцепившиеся в рукоятки пулеметов, впервые ощутившие всю свою беспомощность перед лицом огненной смерти, пожирающей твоих товарищей.

Каждый на B17 рисковал своей жизнью, но были люди в экипаже бомбардировщика, которых сами летчики называли самоубийцами.

Последним штрихом к моему рассказу будет то, что песня о храбрых пилотах бомбардировщика в Британии во время войны не прошла цензуру BBC, поскольку «содержала кощунственную смесь религиозных понятий и мелодию фокстрота». А думается зря. Ведь это и есть истинное отражение жизни военного летчика - вчера ты танцевал фокстрот в офицерском клубе, а сегодня лишь молитва отделяет тебя от холодных объятий свинцовых вод Ла-Манша.